23:29 

Кровь не вода. Часть 3. (джен)

YourShadow
Персонажи: Фред и Джордж Уизли, Гарри Поттер, Северус Снейп, Беллатрикс и Рудольф Лестрейндж, Альбус Дамблдор, Волан-де-Морт
Рейтинг: R
Жанры: Джен, Ангст, Драма, AU, Школа
Предупреждения: OOC
Описание: Кровь не вода, и не каждой женщине дано заботиться о чужих детях, как о своих. А если это дети врагов? Но близнецы не просто дети, это одно целое, и сломить их вдвойне сложно, даже если семья и друзья предают. Жизнь всё расставит на свои места, нужно лишь немного подождать.
Посвящение: Спасибо большое автору заявки за помощь! И большая благодарность тем, кто будет читать этот фик)
Публикация на других ресурсах: Запрещено! Пока...
Работа написана по заявке: Боевая тёмная триада - близнецы Уизли и Гарри Поттер (ficbook.net/requests/55369)

Глава 6.
8 апреля 1989 года (близнецам 11 лет)
Нечеловеческий крик разрезал тишину, как острый нож масло. Молли тут же выронила из рук покрывало, которым пыталась застелить кровать. Уизли узнала этот голос, полный чудовищной ярости. Это случилось. Она выбралась из Азкабана, нашла их семью. Страх сковал тело. Как же сильно боялась Молли этого момента. Секунда; крики заполнили собой всё вокруг. Заклинания, шум, боль. Как она оказалась внизу? Женщина, как сумасшедшая, бежит в сторону гостиной, не обращая внимания на рушащиеся стены, падающую со шкафов кухонную утварь. Бежит и бежит, боится опоздать, не защитить своих детей. Только через пару минут осознаёт, что не двигается, бежит на одном месте, как будто что-то не даёт сделать и шага. Крики детей становятся отчётливее. Это боль. Их пытают.
- Как ты, тварь, могла только прикоснуться к моим детям? – рычит Беллатрикс. Молли не видит её, лишь слышит голос и чувствует заклинания, срывающиеся с палочки Пожирательницы. И она бежит, старается сдвинуться с места, заглянуть в дверной проём, встать на пути этих ужасных заклинаний. Но не может. Только слышит, ощущает боль своих детей, до которых добралась эта безжалостная сумасшедшая.
- Я распотрошу всех твоих щенков за своих близнецов, которым они делали гадости, - яростно шипит Рудольф, и вновь вспышки заклинаний. Почему сейчас рядом нет Артура? Он бы смог… он бы защитил…. И Молли не выдерживает, слёзы катятся по щеке от осознания собственной беспомощности. Лестрейнджи смогли сбежать из Азкабана, они пришли за своими детьми, пришли отомстить за каждый косой взгляд в сторону их близнецов. Они не остановятся, пока не убьют всю её семью. Она боится… Нет, не двух сумасшедших, она боится не успеть спасти детей, закрыть их собой, если потребуется. Зная семейку Пожирателей, Молли уверена, что быстрой смертью они не умрут.
- Мама!!! – крик, полный страха и боли. Это голос Рона, её малыша. И снова охватывает ужас, она делает отчаянный рывок вперёд. Должна сдвинуться с места и попасть в гостиную, просто обязана.
О, чудо! Свободна и может двигаться. Уизли тут же вбегает в гостиную, чтобы вступить в бой за семью, даже за близнецов, которые успели стать родными. Но то, что она видит, снова заставляет остановиться. Помещение разгромлено, около двери лежит бесчувственное тело Перси, а в кресле тонкой, сломанной куклой, в неестественной позе и с остекленевшими глазами лежит Джинни. Её маленькая, хрупкая, единственная дочь убита. Лишь Рон корчится на полу под двойным Круцио, срывая горло от криков. У Молли нет с собой волшебной палочки, но то, что она видит, парализует без всяких заклинаний, не давая что-то сделать. Ожидала увидеть Беллу и Рудольфа, пытающих её сына, но в центре гостиной, посреди всего этого хаоса, стоят близнецы. Именно они, пользуясь палочками настоящих родителей, издеваются над Роном. Беллатрикс и Рудольф стоят за спинами своих детей и негромким шепотом учат правильно использовать Непростительное. В глазах всех четверых неприкрытое удовольствие и гордость. Молли не может двигаться, а от крика Рона в ушах нарастает шум. Всё, что она может, - это смотреть в глаза сына и видеть в них адскую боль.
- Что такое, mama? – издевательский голос одного из близнецов, за плечом которого стоит Беллатрикс, доносится до несчастной как будто издалека.
- Вам не нравится представление? Почему? – канючит второй в стиле маленького Рона. – Мы любим всех вас, mama, разве это плохое доказательство?
Рудольф наклоняется к сыну и что-то быстро говорит, показывает взмахи палочкой, и мальчик довольно улыбается Молли.
- Раз так, то вот ещё одно, - ядовито произносит он, но голос такой, как будто это говорит сама Белла. - Avada Kedavra.
Зелёный луч срывается с палочки мальчишки и попадает в Рона, прекращая его дикий танец боли.
- Не-е-е-т!!! - оглушительно кричит Молли, смотря на то, как из глаз её малыша уходит жизнь.
- Это наши дети, предательница крови! – шипит Беллатрикс, выхватывая из рук своего сына палочку и направляя на неё. Зелёный луч летит в Молли, но она не чувствует страха перед смертью, только ужас и боль потери и предательства. Ей всё равно сейчас. До смерти остались считанные секунды, как… Молли Уизли просыпается.
***

Первые утренние лучи лениво пробиваются сквозь окно, скользя по стенам спальни. Она безумным взглядом смотрит в потолок, будто забыла, как дышать, но спустя пару мгновений из горла вырывается хрип. Рваное дыхание, скомканные в кулаках простыни, и никак не реагирующий на это муж рядом. Она наверняка кричала, но он не слышал, не мог разбудить, прервать очередной ужас, который почти каждую ночь сводит с ума, снова разъедая немного восстановленную за день психику. Он не слышит. Снотворное, которое Артур принимает каждую ночь, прекрасно справляется и с собственными кошарами, которых у него нет, и с кошмарами жены.

На неё же подобные зелья просто перестали действовать – слишком уж часто она их принимает. Поэтому ничто не мешает раз за разом видеть смерть своей семьи. Каждый сон уникален. В нём меняются жертвы, обстановка, но никогда не меняются действующие лица и чувства, которые он вызывает. Вся суть каждого из снов сводится к одному – она не успевает защитить своих родных, а близнецы оказываются под стать своим кровным родителям. За последние полгода Молли успела «пережить» все мыслимые и немыслимые варианты смертей и пыток. Как бы она ни пыталась вразумить приёмных детей, доказать, что это они их семья, а не вернувшиеся из тюрьмы убийцы, всё тщетно. Мальчики называют Беллу и Рудольфа своими родителями, с удовольствием учатся мучить, пытать и убивать, припоминая приёмной матери каждый косой взгляд, каждую выполненную работу, и мстят…Глубокий, хриплый вдох-выдох. Вновь сорванный голос, но сегодня всё должно прекратиться. Сможет, защитит свою семью. Молли села на кровати, посмотрев на мужа. Она ничего ему не сказала о своих планах, это просто ни к чему, поэтому она по привычке встаёт, одевается и спускается вниз, чтобы сделать Артуру завтрак. Да, всё наладится. Сегодня.
***

Всё в жизни семьи Уизли изменилось в тот день, когда в банке им рассказали о кровных родителях Фреда и Джорджа. Тот разговор с Дамблдором помог вспомнить хорошее, что было у них. Мудрый маг убедил, что воспитание делает волшебника, а не кровь, и именно их – Молли и Артура – мальчишки считают своими родителями и любят. Да и что скрывать, деньги, которые они стали получать за детей, были весьма кстати. Именно тогда миссис Уизли решила и впрямь заняться воспитанием близнецов. Их стали лучше кормить, чаще обнимать (несмотря на склизкое чувство отвращения первое время, которое извивалось внутри, когда она их касалась), времени на работу давалось больше, а что-то из списка они делали вместе. Дошло даже до того, что женщина начала прикрикивать на Рона и Джинни, когда те пытались издеваться над братьями или делать гадости.
Конечно, всё это пришло не сразу. Первое время она никак не могла отделаться от мысли о Беллатрикс и Рудольфе, хотя и прекрасно понимала, что тем не выбраться из тюрьмы. Но однажды заметила, что в близнецах есть что-то похожее на её братьев. Это было так неожиданно… Просто воспринимать их не как что-то чужое, данное на время, а наоборот, родное, похожее на них самих. Несмотря на то, что Молли до сих пор не различала близнецов, она с удивлением замечала у них свои или Артура привычки. Это и жесты, и интонации, даже фразы. А разве не это – воспитание? Когда дети берут от родителей всё самое лучшее, становятся похожими на них, стараются вырасти такими же, подражать взрослым.

Всё это было замечательно, но совсем забывать о Лестрейнджах тоже не стоило. Поэтому Молли решила заняться и политическим воспитанием мальчиков. Точнее, некоторой его частью – войной. Всё быстрее приближалось время их поступления в школу, а значит, - они встретятся с детьми из разных семей и должны разбираться, с кем стоит дружить, а кого сразу записать в стан врагов. Именно поэтому начала рассказывать им всё о Тёмном Лорде, о Гарри Поттере и особенно о самых жестоких и ужасных Пожирателях Смерти.

Да, несомненно, некоторые детали были поистине кошмарными и мерзкими, но она хотела, чтобы близнецы никогда не вернулись к Лестрейнджам, как бы ни повернулась судьба. Беллатрикс, Рудольфу и Рабастану была уделена чуть ли не большая часть рассказа. Она пугала ими, старалась показать как можно более беспощадными, жестокими, сумасшедшими, злыми. Эта семья должна была вызывать отвращение, ненависть, желание защитить от них всех, если вдруг Азкабан падёт. Не прошла Молли и мимо семьи Малфоев, так как спустя пару лет близнецы будут учиться вместе с сыном Люциуса и Нарциссы. Не забыла она об их родственных связях всё с теми же Лестрейнджами, и что Люциус избежал наказания за свои преступления. Более подробная история коснулась и школы, в которую они скоро должны поступить. Не сказать, что о ней ничего не знали, ведь столько братьев уже учились, но нельзя было упустить момент и не рассказать о Слизерине и Гриффиндоре. Это мерзость и подлость змеек, благородство и честность львов.

Конечно же, во всех этих историях близнецов больше интересовал Гарри Поттер. Мальчик-Который-Выжил. Где он и что с ним не знал никто, кроме директора Дамблдора, привить уважение к которому также была одна из целей воспитания Молли. Рассказать сказку о сироте было просто, об этом знали все, но женщина ещё обратила внимание на то, что его стоит и опасаться. Мало ли какое влияние оказало на него смертельное проклятье.
Разговоров было много. Её не волновало то, как они воспринимали все эти попытки наверстать упущенное в их отношениях. Она делала то, что считала нужным. Рассчитывать на Артура не приходилось. Первое время он пытался наладить контакт с детьми, но надолго его не хватило. Он всё чаще засиживался допоздна на работе, брал себе экстренные вызовы, но при этом каждый вечер интересовался успехами Молли в этом деле. В выходные глава семейства уделял какое-то время детям, но большую часть всё же проводил в гараже. Он всё ещё пытался повторить тот успех с фордиком, который так некстати был конфискован. В тот день начальник Артура прибыл в Нору и близнецы проводили его в гараж, где в это время работал отец. Поэтому Молли ничего не оставалось, кроме как взять всё в свои руки. Конфликты между близнецами и Роном с Джинни, как она считала, сошли на нет. Лишь иногда вспыхивали обычные в большой семье ссоры. Всё своё время она посвятила идеям, чем занять Фреда и Джорджа, как ещё помочь им справиться в школе, а также тому, что в воспитании мальчишек она упустила за это время.

Сказать точно, когда всё изменилось и появились кошмары, она бы не смогла. Просто в какой-то момент мыслей о близнецах стало слишком много. Молли старалась постоянно держать их на виду, всё время что-то рассказывала, учила, где-то заставляла даже играть с братом и сестрой или помогать на кухне. Все её мысли были только о том, как сделать из них хороших волшебников, чтобы наследие крови никогда не проявилось, будь то какие-то привычки или всё те же всплески магии. К слову, после того, как она взяла всё в свои руки, никаких стихийных выбросов в их доме от близнецов не было. Так когда же наступил тот роковой момент, после которого вся так хорошо выверенная стратегия поведения и воспитания затрещала и рухнула? Тогда, когда дети всё же начали ругаться? Или тогда, когда близнецы объявили ей бойкот, потому что Молли не отпустила их полетать на метле, а заставила печь с ней пирог? Наверное, всё вместе. Она переусердствовала и просто сорвалась на муже, который в очередной раз поздно вернулся домой.

А потом снова появился Дамблдор. Он часто заходил посмотреть, как идут у них дела. Через три месяца после похода в Гринготтс сообщил, что договорился с гоблинами о выдаче им денег. Причём не только каждый последующий месяц, но и за все десять лет, что они воспитывали детей. Огромная сумма должна будет выплачена им в одиннадцатый день рождения близнецов вместе с деньгами на обучение. Эта новость, несомненно, повысила энтузиазм женщины в вопросах воспитания. Дамблдор очень много сделал для семьи Уизли, и она это понимала, поэтому тут же обратилась к великому магу со своей проблемой. Попросила зелье для сна без сновидений и успокоительный чай, потому что стала какой-то нервной и беспокойной. Когда Молли Уизли ошиблась? Тогда, когда удвоила дозу снотворного? Или тогда, когда стала пить успокоительный, очень странный, редкий чай, который принёс Дамблдор? Ну да, не раз в день, как он сказал, а два, затем и три раза. Кошмары через месяц не заставили себя ждать. Сначала просто появление Беллатрикс и Рудольфа. Потом кровавые картины расправы над детьми. И чем дальше, тем хуже. Когда после очередного сна она пыталась прийти в себя за чашечкой успокоительного, всё казалось нормальным. Просто сон. Что она, не видела ужасов никогда? Конечно, видела! И после этого снова уверенно бралась за дом, воспитание детей и свою жизнь.

Где-то к концу января стала замечать ссоры близнецов с Роном или Джинни за закрытыми дверями, чтобы она не слышала. Затем синяки на руках младших. Ничего, надо просто выпить успокоительного и не нервничать, малыши сами во время игры калечат друг друга. Обработать ссадинки - и всё хорошо. И снова сны. Теперь в них Молли старается уговорить Фреда и Джорджа не верить Лестрейнджам, что те их родители. Умоляет остаться с ними, в семье с братьями и сестрой. И каждое утро начинается одинаково. Трясущиеся руки, дико бьющееся сердце и чашка успокоительного чая. Снотворное давно уже не помогало, и на этот раз Молли не спешит к Дамблдору за советом, потому что стыдно. Она должна справиться сама.
Но всё становится хуже. Хотя, может быть, она просто прозрела? Почему не замечала раньше, что Фред похож на Беллатрикс? А Джордж на Рудольфа? Те же карие глаза… В них вызов, раздражение, ярость. Как раньше она не различала таких разных детей? Впрочем, а различает ли сейчас или просто кажется? Тогда-то она впервые на новый год связала им свитера с первыми буквами имён. Свитера были цвета Гриффиндора. Они должны оправдать её надежды! Теперь во снах она видит, как близнецы со смехом ей в лицо переходят на сторону своих кровных родителей. Они рады им. Готовы быть такими же, подражать, верить, слушаться. То, чего так хотела от этих детей сама Молли. И они пытают её семью. С удовольствием и радостью.

Но это не самое страшное. Самое страшное - это когда кошмары начинают чудиться наяву. Вот она слышит смех Беллатрикс во дворе и бежит проверять детей. А вот видит пролетающее мимо заклинание, но ни у кого кроме неё в это время нет волшебной палочки – муж на работе. А сейчас ей кажется, что не может двинуться с места или начинает рушиться дом. Смотрит вечером в зеркало и видит Рудольфа за своей спиной, но когда оборачивается - там стоит Джордж. И она тут же идёт пить горячий успокаивающий чай, который единственный помогает…Страх из сна не покидает теперь и наяву. Молли тщательнее следит за близнецами, боясь, что те навредят Рону или Джинни. Теперь всё наоборот. Мальчики растут и всё больше походят на Беллу и Рудольфа. Её прищур свысока и поджатые губы, его чуть кривоватая улыбка. Они такие же высокие и худые… А это наслаждение на лице от чужого страха, когда подбросили Рону большого паука? И она не знала, что делать. Хотелось избавиться от них. Отправить в школу прямо сейчас. Отдать кому-нибудь погостить до первого сентября. Сделать хоть что-нибудь, но оградить себя и своих детей от этих чудовищ.

Молли стала сходить с ума. Бегающий взгляд. Нервозность, с которой она ложилась спать и вставала по утрам. То, что женщина стала готовить, есть попросту невозможно. И Дамблдор, как назло, перестал посещать Уизли.Она снова постоянно думала о близнецах. Ей нужно было что-то придумать. Разговор с Артуром не дал никаких результатов. Он отказался поговорить с Альбусом о проживании близнецов в школе. Но предложил Молли успокоиться, не забивать себе голову и попить успокоительного. Тогда-то она поняла, что рассчитывать снова придётся только на себя. К началу марта чай, принесённый Дамблдором, закончился. С этого момента женщина осталась один на один со своими кошмарами, наедине с собой и миллиардами мыслей о том, что сделать с близнецами. Их нахождение рядом сводило с ума, заставляя беспокоиться. Они постоянно что-то придумывали, где-то пропадали и что-то делали, пользуясь тем, что Молли ослабила контроль, а их прикосновения вызывали у неё почти физическую боль.

Приближался их день рождения. Одиннадцатилетие, которого женщина ждала с нетерпением. Этот день должен был стать особенным. Письмо из Хогвартса о зачислении их в школу, но самое главное - баснословная сумма за десять лет проживания их в её семье и за обучение. Всё было бы просто великолепно, если б они сразу же отправились в школу. Но нет. Со дня их рождения до первого сентября оставалось слишком много времени – пять месяцев. Это слишком большой срок для её терпения. Не сможет. Не выдержит. Окончательно сойдёт с ума от навязчивых мыслей, кошмаров и страха за жизнь своей семьи. Нет-нет, они точно угроза. Но теперь Молли будет умнее. Она не станет говорить обо всём мужу или Альбусу Дамблдору. Не будет выносить сор из дома, всё решит сама.

Последняя капля в чашу терпения упала за три дня до дня рождения близнецов. Двадцать седьмого марта Уизли, случайно проходя мимо комнаты Рона, услышала его разговор с близнецами. Мальчишки требовали у него… Непреложный обет. Сути требований она не поняла, но угрозы в сторону малыша были весьма реальными. Нет, конечно, она понимала, что без палочек у них ничего не выйдет, но… совсем скоро у них они появятся. Скоро Фред и Джордж пойдут в школу. Узнают множество заклинаний, научатся пользоваться палочкой. И будут возвращаться на каникулы.

Через год в школу пойдёт Рон. Сможет ли она тогда контролировать близнецов? Сейчас остановила их мерзкую шутку, но в Хогвартсе её не будет, чтобы защитить своего малыша. И они смогут сделать с ним что угодно. Запугать, потребовать самые ужасные формулировки Непреложного обета, заставить сделать что-то поистине страшное. Не защитит того, кого так любит. А когда они вырастут? Не защитит и всё общество от этих… детей. И именно она будет для всех считаться их матерью. Внутри что-то оборвалось. Что-то важное, удерживающее от страшного поступка, от мысли, которую она гнала очень долго…

Всё оставшееся время до дня рождения близнецов Молли обдумывала план. Она никак не могла сделать это сама. Ей нужен был маг, который всё сделает за неё. Да, если и найти такого, то денег понадобится много. Было принято единственно верное решение – отпраздновать рождение мальчиков, зачислить их в школу и получить деньги ещё и за обучение, вот после этого можно заняться поиском наёмного убийцы.
Первое апреля стал для близнецов настоящим праздником, несмотря на то, что Билл был в Египте, а Чарли и Перси в школе. Молли постаралась на славу – большой стол, полный вкусной еды, огромный торт и множество подарков. Украшенная кухня и вседозволенность для именинников в этот день.

Днём зашёл ненадолго Дамблдор, чтобы поздравить мальчишек и отдать огромный кошелёк с галлеонами. До сих пор оставалось загадкой, каким образом старик смог уговорить гоблинов не только оставить в тайне полученную информацию, но и выдать деньги на руки. Впрочем, Молли было неинтересно ни это, ни тем более то, по какой причине Дамблдор не смог остаться на праздник. Поэтому, когда Артур всё же вернулся пораньше с работы, они отпраздновали всё в тёплом семейном кругу. Великолепная семья, чудесный день, лишь чёрной тучей нависло над близнецами то, что задумала их приёмная мать. Хотя… опекун. Она просто опекун этим детям, не мать. Молли смотрела на обиженного Рона, на плачущую от количества подарков близнецам Джинни и понимала, что её родным детям необходимо всё то, что она давала близнецам. Им нужны эти подарки, новая одежда, вкусная, разнообразная еда. Именно им нужны те деньги, тяжесть которых Молли чувствовала у себя на поясе. Только ради их спокойной жизни она сделает то, что задумала, – найдёт убийцу для опасных, чужих детей.

Вся следующая неделя тянулась долго и мучительно. Без успокоительного чая, который так помогал, она практически не спала. Выматывало то, что она не хотела засыпать, но ещё больше выматывали сны. Всё чаще в них только близнецы расправлялись с её семьёй. Дошло до того, что она просто боялась зайти в комнату Рона и Джинни и найти там искалеченные трупы. Мерещились злые, издевательские взгляды Фреда и Джорджа, постоянные зловещие перешептывания; их смех заставлял вздрагивать всем телом от ярких воспоминаний о снах. С каждым днём она всё больше была уверена, что на правильном пути. План был предельно прост для легенды, но слишком сложен для исполнения. Немного трудно было найти мантию с капюшоном, заклинания на которой не позволяли увидеть лица, но ещё труднее было найти исполнителя. Всё-таки она была слишком далека от мира Лютного переулка. Ей была омерзительна сама мысль, что придётся связаться с убийцей - значит стать не лучше всех тех, кого так ненавидела. Но Молли должна была. Ради себя, детей, ради всей своей семьи. Чудовища, которые растут в тепле её дома, с каждым днём становятся опаснее. Она не должна допустить того, чтобы они научились магии, взяли в руки палочки и навредили хотя бы одному человеку.

Судьба благоволила к несчастной женщине. Спустя четыре дня поисков того, кто сможет это сделать, её свели с одним магом. Молли всегда знала, что деньги в мире, подобный которому царил в Лютном переулке, могут всё. Спустя десятилетия с победы над тёмным магом Аврорат практически закончил поиски Пожирателей смерти, поэтому сейчас не так сложно было найти человека на такую работу. Предосторожность была с обеих сторон, но деньги творят чудеса. Мага не интересовали лишние вопросы и он не терзался угрызениями совести, что придётся убить двух детей. Вопрос был лишь в сумме гонорара за такую работу. Сумма была большая, она оказалась бы для Молли невероятной, если бы не последнее пополнение семейного бюджета. Какая подлость убивать детей на деньги их родителей, но Уизли запрещала себе об этом думать. Это просто месть. Это просто для всеобщего блага. Это для жизни её семьи. Всё должно произойти в полночь восьмого апреля.
***

Молли на автомате ставит пирог с плиты на стол, но трясущиеся от напряжения руки чуть было не опрокинули его на пол. Уже поздний вечер, а она до сих пор на кухне. Весь день всё валилось из рук в преддверии полуночи. Одни и те же вопросы – надо ли? Правильно ли она поступает? Но стоит ей вспомнить сегодняшний сон, как сомнения исчезают в мгновение ока. Всё продумано и передумано, задаток отдан, адрес, по которому нужно доставить близнецов, получен. Сегодня закончится тот ужас, в котором она живёт последний год. Выдержать ещё пять месяцев до того, как они пойдут в школу, она не сможет. Нельзя, никак нельзя выпустить их на свободу. Они должны умереть, пока не причинили боли другим людям, как те, которые их породили.

Взгляд на часы. Осталось совсем недолго. Нужно, чтобы все к назначенному времени легли спать, особенно Артур. Он не должен никогда догадаться о том, что произойдёт. Для всех – близнецы сегодня ночью сбежали из дома, когда Молли за дело наказала их. Спустя пару дней поисков их найдут убитыми недалеко от Лютного переулка. По оставленным уликам будет ясно, что это очередная месть Пожирателей Смерти. И тогда Молли сможет добавить ещё один счёт к Пожирателям и вдоволь поплакать по своим детям, которые умерли одиннадцать лет назад. Удостоверившись, что Артур как обычно принял снотворное и лёг спать, а также спят Рон и Джинни, Молли снова спустилась вниз. На столе уже стояли две маленькие чашки с соком. Она вытащила данный наёмником флакон с зельем и разлила его поровну в чашки. Эффект должен продлиться около пятнадцати-двадцати минут, и времени должно хватить для того, чтобы доставить близнецов до нужного места.

Заставить мальчишек выпить содержимое было не трудно, но вот дальше… Они с каким-то трудом реагировали на приказы матери. Наёмный маг обещал, что всё отведённое время они будут беспрекословно подчиняться простым приказам, но Молли приходилось по два, а то и три раза повторять куда идти и что делать. Ну, в самом деле, не тащить же их через каминную сеть в бессознательном состоянии, а придумать что-то вразумительное, чтобы они сами, ночью, пошли с ней неизвестно куда она бы не смогла. Поэтому на перемещение из Норы в лавку Горбина и Бэрка ушло больше десяти минут. Хоть безуспешное, но всё-таки сопротивление близнецов такому зелью лишний раз убеждало Молли в правильности того, что она делает.

- Выходим из помещения через дверь, - скомандовала мальчишкам, отряхиваясь от сажи. Несмотря на внешнее спокойствие, её била дрожь. Нервы, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть, заставляли сердце бешено стучать, а руки дрожать. Не привыкла она в такое время суток находиться мало того, что не дома, а ещё и в Лютном переулке.
Близнецы, одетые в пижамы, завороженными зомби направились к выходу. Кажется, и их сопротивляемость зелье сломало, подчиняя. Молли ещё раз проверила заклинания на капюшоне, чтобы, не дай Мерлин, её не узнали, и направилась за Фредом и Джорджем.
- Идите точно за мной, - снова приказала Уизли и направилась к месту назначения. Петляя по грязным закоулкам, она то и дело поглядывала назад, проверяя, чтобы мальчишки не отстали. Раз свернув не туда, Молли только через десять минут вышла в небольшой дворик, где её уже ждал наёмник. Последние несколько метров ей пришлось буквально толкать близнецов впереди себя, потому что действие зелья подходило к концу. С силой ткнув тощих мальчишек к стене так, что те упали на землю, она указала рукой наёмнику на его будущих жертв.
- Где вторая часть денег? – раздался хриплый, прокуренный голос мага. Он был одет в такую же мантию, скрывающую лицо. Ни заказчик, ни исполнитель не должны знать друг друга. Ни к чему такие знания обоим.
Молли трясущейся рукой достала из кармана мешочек с деньгами. Нервы потихоньку начали сдавать, ведь только сейчас она начинала понимать, что на самом деле здесь произойдёт. На земле у стены, напротив которой стояла Уизли, зашевелились мальчишки, испуганно смотря по сторонам.
- Где мы? Что здесь делаем? – Фред или Джордж - Молли до сих пор не разбиралась, кто из них кто - первым задал вопрос, при этом пытаясь прикрыть брата.
- Такие твари, как вы, не должны жить! Никто по вашей вине больше не пострадает! – взвизгнула Молли, кидая магу мешочек с деньгами. Голос одного из близнецов привёл женщину в бешенство. Мерзкие ублюдки, паразитирующие на её семье! Но сегодня всё закончится.
- Ма… - попытался что-то сказать другой мальчишка, но фиолетовая вспышка заклинания, выпущенная из палочки наёмника, заставила ребёнка выгнуться дугой и закричать от боли. Ещё несколько секунд и такое же заклинание пущено во второго близнеца.
- Я не хочу видеть их смерть, - нервно произнесла Молли, стараясь держать себя в руках, но её заметно трясло.
Ночной, грязный дворик потонул в криках, но через пару минут два маленьких тела обмякли, чтобы уже никогда не произнести ни звука.
- А вы её уже видели, дамочка, - иронично произнёс наёмник, поигрывая мешочком с деньгами. Он явно был доволен происходящим.
- Что? Но как?! – она не могла поверить своим глазам. Где безболезненная Авада? Они не договаривались, что убийство произойдёт мало того, что на её глазах, так ещё каким-то болезненным, неизвестным ей заклинанием. Впрочем, Молли даже не додумалась обговорить способ их смерти, быстрой или долгой, она просто очень сильно хотела избавиться от проблем.
- А вы уверены, что хотите знать об этом тёмном заклинании? – издевательски пропел маг, теперь уже демонстративно поигрывая палочкой. Он явно намекал, что не намерен делиться подобной информацией, иначе Молли и сама может распрощаться с жизнью. Да и не хотела она знать весь арсенал чёрной магии, которым тот владел. По спине пробежал холодок от осознания, в какой опасной компании она сейчас находится. Женщина лишь аккуратно проверила, как легко она сможет достать палочку в случае атаки. Хотя ей говорили, что этот мужчина не делает ничего, если ему не заплатишь, так что её смерть была просто невыгодна.
- Вот и я о том же. Меньше знаете, крепче спите, - правильно истолковал он её молчание. – Проверять, что они действительно мертвы, будете? Или поверите на слово?
Молли вздрогнула. От одной только мысли, что она подойдёт ближе к трупам мальчишек, которых недавно кормила завтраком, будет проверять, живы ли они, её начинало тошнить. Нет, этого она делать не будет. Пора заканчивать весь этот кошмар, последний в её жизни.
- Нет, я верю, - сглотнула она, стараясь не смотреть в сторону стены, около которой друг на друге лежали бездыханные близнецы. – Как я понимаю, мы закончили? Как и договаривались, послезавтра их должны найти авроры с явными признаками убийства Пожирателем смерти. Это входит в полученную сумму, - решила напомнить Молли, потихоньку пятясь к выходу.
- Несомненно, всё так и будет, - холодно отозвался мужчина. – Надеюсь, что больше не увидимся.
Уизли только кивнула головой и, развернувшись, быстрыми шагами направилась к выходу, но не успела дойти и до конца здания, как почувствовала, что в неё попало заклинание. Тело в одно мгновение стало каменным, но от падения на землю её удержали сильные мужские руки.
- Так-так-так, и кто же у нас тут? – мурлыкающий голос, шёпот заклинания и Молли с ужасом понимает, что наёмник видит её лицо. Что ему нужно?! Это последняя мысль, которая возникла в её голове прежде, чем она потеряла сознание.
- Молли Уизли, - брезгливо констатировал факт маг. – Вот уж не думал, что эта предательница крови сможет пойти на такое. Что ж, тем приятнее мне будет.
Наёмник не спешил снимать заклинания со своего капюшона и показывать лицо, даже несмотря на то, что единственный свидетель был без сознания. Держа женщину одной рукой, он достал из кармана такой же флакончик с зельем, который дал Молли для близнецов. Сняв заклинание обездвиживания, он заставил не пришедшую в сознание женщину сделать глоток зелья, просто закрыв ей нос. Спустя ещё мгновение он снял второе заклинание, чтобы Уизли пришла в себя. Её бессмысленный стеклянный взгляд заставил мага негромко хмыкнуть.
- Нет, всё-таки слишком просто… Идиотка, - пробормотал он, но уже громче, приказным тоном, добавил: - Стой спокойно.
С мгновение он внимательно рассматривал лицо женщины, отмечая про себя, что действие зелья очень быстро дало эффект.
- Н-да, психика миссис Уизли желает лучшего. Поможем? – мужчина задумчиво достал палочку, вновь проверяя свой план. – Надеюсь, они того стоят.
- Стоят-стоят, будь любезен поторопиться, - раздался ледяной голос за спиной, но наёмник даже не обернулся.
- Исчезни, сам разберусь, - огрызнулся он, направляя палочку на Молли. – Oblivion Uno*.
Серый луч попал в висок Молли, на какую-то секунду озаряя растрёпанные рыжие волосы. Мужчина вплотную подошёл к смирно стоящей женщине и монотонно, с повелительными, иногда убеждающими нотками в голосе заговорил:
- Сейчас ты вернёшься домой так же, как и пришла сюда. Ты не знаешь, что это за место и где оно находится. Ты знаешь только путь. Никто из твоей семьи не должен видеть тебя. Сразу же ты ляжешь спать. Утром ты встанешь в обычное для тебя время и не вспомнишь странное для тебя поведение за последние пять дней. В комнату близнецов поднимешься не раньше двенадцати дня. Вчера ты наказала их за драку с Роном. Им надоело жить в твоей семье. Они сбежали. Ты не пойдёшь к Дамблдору. Ты дождёшься мужа с работы, чтобы всё обсудить. Первые три дня вы сами будете искать близнецов. Но ты уверена, ты знаешь, что их не найти. Они убиты Пожирателями Смерти. Их не найти, ты не знаешь где они. Их не найти. Ты не вспомнишь странное для тебя поведение за последние пять дней. Они сбежали, потому что ты снова их наказала. Их не найти.
Он несколько раз повторил одно и то же до тех пор, пока Молли не начала, беззвучно шевеля губами, повторять «Их не найти».
- Иди домой, - властно скомандовал он, и она тут же подчинилась, твёрдой походкой идя в нужном направлении.
- Ну что ж, пора и мне домой, убийца малолетних Уизли, - фыркнул он, скрываясь за ближайшим поворотом.
*Что-то вроде уникального Обливэйта и Империо. Стирает не всю память, а лишь то, что внушает "хозяин" заклинания. Чистая выдумка автора.

Глава 7.
Высокий черноволосый мужчина стоял в проёме двери, прислонившись плечом. Он задумчиво смотрел на двух близнецов, которые сладко сопели в кровати. Они находились в небольшой комнате, в которой была только одна кровать, маленькая тумбочка и шкаф, забитый разными вещами, начиная от флаконов с зельями, заканчивая обычной одеждой.
- Северус, ну и долго ты там будешь ими любоваться? – раздался за спиной недовольный голос его горе-напарника, который, только успев вернуться домой, тут же ухватился за бутылку огневиски.
- В отличие от тебя, я довожу всё до конца, Эйвери, – хмыкнул Снейп, всё-таки отходя от злополучной двери, аккуратно её прикрывая. Несмотря на то, что близнецы под действием зелий вряд ли бы проснулись, Северус старался лишний раз не шуметь.
То, где они находились, сложно было назвать домом. Небольшой подвал внизу, маленькая гостиная, спальня и ванная. Вот всё, что сейчас мог позволить себе бывший Пожиратель Смерти. Джагсон Эйвери сидел у окна в одном из двух кресел и допивал уже пятый стакан с огневиски. У него явно сегодня был удачный день, о чём свидетельствовала приятная тяжесть денег в его кармане, так почему бы и не расслабиться?
- Давай, деловой ты наш, присядь рядом и объясни, какого Мордреда происходит в последние дни? И самое главное, почему мою единственную кровать заняли отпрыски Уизли? – Джагсон недовольно фыркнул, похлопав в приглашающем жесте по подлокотнику второго кресла рядом. – Кстати, как твой…
- Заткнись, - резко прервал его Снейп, останавливаясь на полушаге. - Не смей произносить его имя при мне. Только не ты. Не твоё дело, как он и чем занят.
Северус холодно смотрел на Эйвери, пока тот не поднял руки в примирительном жесте и одними губами произнёс: «Молчу-молчу». Только после этого Снейп вновь направился к Джагсону, чтобы занять кресло, любезно предоставленное хозяином дома.
- Тебе мало тех денег, что вытянул из Молли? На них не одну кровать купить можно. Так что оставь свои претензии, - как ни в чём не бывало невозмутимо продолжил Северус. Объясняться по поводу сумасшедшей мамаши всё равно придётся, да и подумать над тем, что произошло за последние три часа, определённо стоило. Не оставлять же Уизли одних с психом?
Нет, он не испытывал к этой семейке и толики тёплых чувств, но даже он понимал, насколько ужасным было то, что сделала Молли. Нанять убийцу для собственных детей за бешеные деньги. Кстати, откуда они у неё? Наверное, весь магический мир знал о финансовом положении этой семьи. И тут вдруг у неё появляется такая сумма денег, которую она тратит на больше, чем убийство, – на предательство крови, рода. Её семья и так в очень плачевном состоянии, так зачем делать себе же ещё хуже? Вся эта ситуация в целом была очень странной, и Снейп хотел в ней разобраться. Интуиция подсказывала, что всё не так просто и должна быть очень веская причина, по которой Молли пошла на убийство собственных детей.
- Ты заметил что-то странное в них? – задумчиво спросил он, внимательно посмотрев на Эйвери. Может быть, ему всё-таки показалось?
- Рыжие, тощие, в непонятных обносках и с магической личиной на голове? – хмыкнул Джагсон, делая глоток уже из бутылки. Видимо, ему надоело подливать в стакан спиртное, и он решил сэкономить время и силы. – Да, я заметил. Не сразу, но всё-таки. Не могу сказать, что именно она фиксирует, а что меняет, но то, что на каждом она есть, - это точно.
Снейп медленно кивнул, соглашаясь. Он подтвердил его худшие подозрения. Значит, ему не показалось и действительно на них обоих накинуты личины. Уж кому, как не Северусу, знать, что это такое, когда сам является обладателем подобной вот уже более десяти лет. Он задумчиво посмотрел на дверь в спальню, как будто мог бы увидеть детей сквозь неё.
- Зафиксирована личина на шее. Неизменными оставлены глаза – их цвет и форма, форма ушей, лоб. Насчёт носа и губ не уверен, но, скорее всего, подвержены изменению. Малозначительному, не такому, как волосы, подбородок и скулы, но всё же, - со знанием дела ответил он, сложив руки в замок. Именно такое редкое явление, как личина, и заставило сделать то, что они сделали. Кто-то должен питать её своей магией, контролировать изменения, обновлять, и это не под силу обычному магу.
- Да-а-а, - глубокомысленно протянул Эйвери, смотря куда-то в окно, - что-то с этими малявками не так. Мало кто может сделать такое, я прав? – дождавшись кивка Снейпа, он продолжил, но уже внимательно разглядывая самого Северуса. – Ты-то сам как? Никаких изменений я в тебе не вижу спустя даже столько лет. Неужели сам контролируешь?
Снейп ледяным взглядом одарил разглядывающего его мага. Он ненавидел, когда кто-то был в курсе того, что тщательно скрывал. Впрочем, Эйвери один из немногих, кто вообще знал о личине.
- Частично, - коротко ответил, не желая вдаваться в подробности. – Я повторю ещё раз: Милорд жив, как бы многие ни хотели обратного. Его сила продолжает поддерживать мою личину, несмотря на то, что я потерял её на какое-то время в ту ночь.
- Значит, жив, - задумался Эйвери, сделав в этот раз глоток больше. Уж он-то, как и Снейп, знал, чем ему грозит это самое «жив». Предателей Тёмный Лорд ненавидел так же сильно, как и Дамблдора, а значит, стоит ему вернуться - и жизнь Джагсона оборвётся, как тонкая нить паутины. Но он не собирался убегать. Что он точно усвоил за то время, что был Пожирателем Смерти, так то, что от Лорда невозможно сбежать и остаться в живых, это лишь добавит пару дней мучительной агонии перед смертью.
- Не будь идиотом, Эйвери, всё ещё можно исправить, - жёстко сказал он, одарив его колючим взглядом. – Его возвращение - дело времени, и только от тебя зависит, в роли кого ты его встретишь – предателя или верного последователя.
Джагсон пьяно расхохотался, чуть не выпустив из рук бутылку, на что Северус лишь презрительно поморщился. И это аристократ, которого знал со школы? До чего же довели его авроры и он сам себя, раз живёт в таком месте и так пьёт? Как ещё не разучился палочку в руках держать...
- Верного последователя? Ты сейчас смеёшься, Снейп? Я избежал Азкабана, сказав, что делал всё под Империусом, прозябаю тут в роли наёмного убийцы, спустив всё состояние, и позорю само звание Пожирателя Смерти, а ты думаешь, что он простит меня и вместо Авады осыплет милостями, как тех же Лестрейнджей, которые за него гниют в тюрьме? - Он резко перестал смеяться и невидяще уставился куда-то в пол. Его участь уже решена и вряд ли даже Дамблдор сможет спасти его. - Я труп, Снейп, и ты это прекрасно знаешь. Так что не стоит строить из себя заботливую мамочку и уходить от темы. Рассказывай, какого Мордреда тебе понадобился этот спектакль.
Северус холодным взглядом смотрел на напившегося «напарника». Рассказывать что-то лишнее он явно не собирался. Всё-таки в чём-то Эйвери прав – после того, как он предал Тёмного Лорда, доверия к нему не прибавилось ни на йоту, скорее наоборот. Да и с чего бы Снейпу рассказывать этому пьянице о своих подозрениях и планах? Нет, конечно, Эйвери не побежит докладывать Дамблдору в надежде спрятаться от гнева Лорда, который, несомненно, на него обрушится, но и помочь он вряд ли сможет. Тем более Северус привык работать один.
- Я хочу понять, откуда у Молли такая сумма денег и почему она не побоялась убить собственных детей, при этом не просто детей, а магических близнецов. Тем более, судя по зелью, которое все трое выпили, без постороннего вмешательства не обошлось. Утром у меня будет информация о любом воздействии на их организм и магию, которое когда-либо было. И да, я не отдаю на смерть детей, Эйвери, если могу их спасти, - сухо закончил свой короткий рассказ Северус. Ему не пришлось даже врать, ничего особенно ценного он не сказал, но этого должно хватить для удовлетворения любопытства Джагсона.
Упоминать же Дамблдора, который, возможно, замешан во всём этом, тем более не стоило. Во-первых, всё это были только чистые догадки, построенные за несколько дней, во-вторых, такое вообще лучше не говорить, а в некоторых случаях даже не думать об этом. Северус, в отличие от многих, слепо доверяющих Дамблдору, не верил в его искреннюю заботу и доброту. За пеленой добродушия и чудаковатости скрывается холодный расчёт сильного и умного мага, который переступит через каждого, кто встанет на пути его планов. Так уже случилось с самим Снейпом, так с чего он должен доверять Альбусу? Не он был первым, не стал и последним.
- Ах да, ты же у нас всегда отличался благородством, - ехидно протянул Эйвери, тряся бутылкой с остатками огневиски на дне. – Как же так, убить маленьких детишек. Рыженьких, нищенских, нелюбимых. А может быть, я бы им одолжение сделал и уберёг от жестокой и злой реальности?- Я тебе сейчас сам одолжение сделаю, - с угрозой ответил Снейп. В отличие от пьяного вдрызг Эйвери, он был трезв и вряд ли бы промахнулся. – И избавлю мир от злого и беспощадного наёмного убийцы. Как тебе только ума хватило мне всё рассказать.
- Ну да, конечно! Ты же у нас всегда был гением, это мы, чистокровные, отбросы под твоими ногами, - ощетинился Джагсон, пытаясь встать с кресла. - И Лорд тебя ценил больше, чем всех нас. Не считая Лестрейнджей, конечно. Тоже мне, Пожирательское Трио. Зачем я тебе только рассказал обо всём этом? Хлопнул бы их и дело с концом.
Снейп с усмешкой смотрел на его потуги подняться и расквитаться с ним за обидные слова об умственных способностях. Эйвери барахтался в кресле и своей мантии, при этом пытаясь не выронить драгоценную бутылку, продолжал ворчать что-то о наглых и беспринципных Пожирателях, считающих себя выше всех.
- До чего же ты докатился. Пьёшь столько, что того и гляди следующая бутылка станет последней. Хорошо, что я ограничил количество спиртного за последние дни, иначе ты бы мне всё испортил, - тихо пробормотал Снейп, глядя на то, как Эйвери упал на пол и, любовно прижав к себе бутылку, засопел.
Северус легко встал с кресла, даже не подумав вернуть бывшего коллегу в кресло для более удобного сна. Ему на самом деле было абсолютно всё равно, что делает Эйвери со своей жизнью. Их пути разошлись долгих десять лет назад. Он терпеть не мог трусов и предателей, а его однокурсник оказался и тем, и другим. Всё, на что его хватает, так это убивать из-за спины за деньги. Иногда жертв ему предоставляли в абсолютно невменяемом состоянии, так что убийство было делом совсем лёгким. Да, авроры с удовольствием потрепали всех подозреваемых в причастности к Пожирателям Смерти, поэтому не удивительно, что чистокровный маг влачит сейчас жалкое существование в таком месте. Да даже дом Северуса в Тупике Прядильщиков казался шикарным замком по сравнению с этим.
- Если ты не одумаешься, то действительно будешь трупом. Милорд не прощает предателей, так что дай Мерлин, чтобы в твоей голове, мой бывший друг, появилось озарение, и ты выбрал правильную сторону. Стоит Ему вернуться, и каждому придётся это сделать. Нового витка войны не избежать, Дамблдор просто так не отступит, - негромко произнёс Снейп, расхаживая взад-вперёд по небольшой гостиной. Нет, это не жалость, это досада была в голосе Северуса. Даже в такое время не хватало верных людей, поэтому ему и пришлось научиться не доверять, а делать всё самому. Не зря у магглов была поговорка – хочешь, чтобы всё было сделано хорошо, сделай это сам.
Именно поэтому сейчас Северусу было необходимо решить, сможет ли Джагсон ещё на что-то сгодиться или проще стереть ему память и забрать близнецов к себе. Забрать близнецов к себе. Легко сказать, сложно сделать. Во-первых, действительно ли ему это нужно? Во-вторых, будут ли они в безопасности от Дамблдора в его доме? Пока он не выяснит, какое отношение директор школы имеет ко всему, что творится у Уизли, он не должен знать, где они находятся. Да, собственно, никто не должен знать, где находятся близнецы.

И всё равно без помощи ему не обойтись. Сейчас ещё апрель месяц, и он всё время проводит в школе. До отпуска ещё два с половиной месяца. И если по вечерам он ещё может выделить время на них, настроив, например, камин, в своих покоях в школе, то кто будет с ними весь день?
Не вовремя пришла в голову Молли идея об убийстве своих детей. Да и что он скажет им, когда те очнутся? Они слышали голос матери. Её слова. Их смысл очень трудно не понять. Чем это грозит маленьким мальчикам, до которых снизойдёт понимание, что их собственная мать отдала на растерзание убийце?

Северус остановился на полушаге, нахмурившись. Есть множество вариантов, с помощью которых можно добиться расположения детей, но что именно выбрать? Да и зачем ему их доверие? Мать продала их. По сути, Эйвери имеет право делать с ними всё, что захочет. Только в планы Снейпа не входит оставлять их наедине. Раз не дал Джагсону убить, то теперь именно он в ответе за их жизнь.
- И мало же мне проблем с детьми в школе, да? – фыркнул он, подходя к двери. Неслышно открыв её, он вновь внимательно начал осматривать мальчиков.
А ведь когда-то он готовился стать крёстным другим близнецам. Кажется, что это было целую вечность назад, в другой жизни. Той неспокойной, но счастливой, когда у него было всё. Друзья, вера в будущее и общие цели. Он до сих пор помнит то, как счастливы были Лестрейнджи, когда узнали о пополнении. Несмотря на довольно тяжёлый характер обоих, был организован большой праздник, как и подобает чистокровной семье. Даже Тёмный Лорд сухо поздравил будущих родителей, при этом даже не подумав сделать Беллатрикс какие-то поблажки во время заданий Пожирателей. Да она и сама этого не хотела. Всё это и сгубило четыре жизни. За несколько дней до того страшного момента Рудольф наведался к Снейпу и предложил стать крёстным его детям. И кто бы мог подумать, что соглашаться будет не на что. В один миг умерли два младенца и Рудольф с Беллатрикс. Он никогда бы не подумал, что они могут быть настолько беспощадными. Но как бы ужасно это ни было, Северус мог понять их безумное отчаяние, которое те выплёскивали на косвенных виновников их беды – авроров, загнавших тогда Беллу в угол. И вот сейчас, спустя столько лет, судьба снова сталкивает Снейпа с мальчиками-близнецами. Возникает лишь один вопрос: где в этой жизни справедливость, когда судьба отбирает у любящих родителей детей, из-за чего они буквально сходят с ума, но одаривает ими тех, кто готов избавиться от них?
Глядя на маленьких, худых мальчишек со спутанными рыжими волосами и в пижамах со смешными рожицами, Северус отчего-то был уверен, что Эйвери не зря впервые поделился с ним своим странным заказом. Сама судьба дала Снейпу второй шанс защитить детей хотя бы в дань памяти умершим близнецам старых друзей.


Глава 8. Часть 1.
- Тётя! – позвал Снейп, с помощью портключа появляясь в маленькой, тесной гостиной. В ночной тишине его голос раздался слишком громко. Как назло, дверь в спальню была открыта, поэтому не услышать его было трудно. Из комнаты донёсся какой-то грохот и шум.
- Северус! – послышался испуганный неожиданным пробуждением, сонный голос Рэдфорд. – Что тебе всё никак не спится?
- Я уже тридцать лет как Северус, - недовольно пробормотал Снейп, буквально рухнув в кресло около двери, но уже громче добавил: – Будь так любезна, тётушка, выйди на свет.
- Подождёшь, - отрезала она, кажется, продолжая что-то бурчать о горе-родственниках, которые шляются по дому и не дают спокойно поспать.
Судя по шуму, женщина пыталась привести себя в порядок в рекордно короткие сроки, чтобы предстать перед Снейпом в приличном виде. Сколько бы раз ни говорил, что ему всё равно, как она выглядит, когда он вот так вот ночью наведывается к ней в дом, но она была непреклонна и собиралась столько, сколько ей было нужно. Поэтому Северусу ничего не оставалось, кроме ожидания.

С того момента, как Эйвери отбыл в мягкие объятия сна, прошло больше четырёх часов, а Снейп и глаз не сомкнул. Чем больше он думал над сложившейся ситуацией, тем сильнее она ему не нравилась. Северус не был тесно знаком с Молли Уизли, но всё же кое-что узнал об их семье ещё будучи Пожирателем. Чистокровная ведьма пошла против воли родителей, за что и поплатилась. Любовь, сантименты, куча детишек и нищета в подарок. Картина, достойная самого лучшего художника. Об удушающей заботе Молли знали многие, особенно в Министерстве. Коллеги Артура чуть ли не открыто сочувствовали ему по поводу такой жены, но тот лишь беспомощно пожимал плечами и продолжал рассказывать, какая она замечательная и как любит детей. Сразу после окончания войны Северус как-то имел «удовольствие» побывать в том курятнике, который до сих пор гордо именуется Норой. Там был просто жуткий бедлам. Впечатлений Северусу хватило надолго. Но он прекрасно помнил то, как оба родителя носились со всеми детьми, включая маленьких близнецов. Так что же случилось с этой всеобщей матерью, что она решилась на такое кощунство?

Ответ не заставил себя долго ждать.Через полтора часа на одном из двух пергаментов, которые предусмотрительно захватил с собой, начали проявляться метки зелья подчинения. Причём концентрированного и в огромных дозах. Это был пергамент Молли. Для Северуса, как для зельевара со стажем, не было тайной, к чему подобное может привести. Если есть какой-то страх или идея-фикс, что присутствует буквально у каждого, то с таким количеством зелья можно просто сойти с ума.

Бессонница, кошмары, паранойя, а дальше и галлюцинации.

Замечательный букет для убийства. Это хоть как-то объясняло её ненормальное поведение и то, что она сказала близнецам. Но легче от этого не стало. Кому-то сильно понадобилось держать под своим контролем Молли, но зачем? Она не влиятельная особа, не жена высокого чиновника, она вообще домохозяйка с кучей проблем, в том числе и финансовых. Кстати о них. Эти проблемы внезапно решились? Или деньги появились конкретно на убийство? Вот вопрос, на который нужно будет найти ответ в первую очередь, как только у него появится время. Посмотрев на второй пергамент, который был зеркально разделён на две части, Северуса ещё больше озадачило то, что он увидел. Фиолетово-алые надписи. Они только начали проявляться, но Снейп узнал их моментально. Не надо было ждать их полного проявления, чтобы понять – мальчишек травили блокираторами. Причём очень мощными, быстрого действия. А значит, их не заставляли, они это сделали добровольно. Впрочем, Северус вряд ли бы поверил, что маленькие маги добровольно захотели, если не совсем блокировать, то замедлить развитие магии.

Значит, они просто не знали, что пьют. Следовательно, зелье им давал тот, кого они хорошо знают и доверяют. Никакого проявления силы, иначе оно не сработает. Может ли это быть делом рук Молли? Вопросы. С проявлением внешнего воздействия на троих Уизли их появилось ещё больше. Осталось только порадоваться, что рецепт такого редкого зелья, как «Истина доверия», как-то давно оказался в руках Снейпа. Именно им напоила Молли близнецов, а её - Эйвери. Два пергамента, которые он держал в руках, были сделаны из кожи единорога и вымочены два полнолуния в крови дракона. Таких не осталось больше нигде. Кусочек каждого являлся одним из ключевых компонентов зелья. Именно это позволяло им взаимодействовать между собой, выявляя всё, что так или иначе оказывало влияние на мага. На его решения, мысли и даже магию. Когда-то давно эти пергаменты использовались в заключение брака и были что-то вроде гаранта, что на влиятельного жениха или невесту не было оказано никакого влияния и решение о браке полностью искреннее.

Поэтому, когда Северус только увидел вязь зелья, блокирующего магию, то окончательно утвердился в мысли, что здесь что-то не так. И, скорее всего, он не только спас мальчишкам жизнь, но и сам ввязался в какую-то серьёзную и старую игру. Так кто же тот, по чьему сценарию разыгрывается спектакль? Пока не ясно. Но то, что Северус не вернёт близнецов в семью, пока сам во всём не разберётся, - это точно.

Тогда проблема была всё в том же – кто будет заниматься ими тогда, когда Снейп в школе? Слишком подозрительно будет часто отлучаться из Хогвартса, когда столько лет практически безвылазно жил там, иногда даже оставаясь на лето. При этом он не может доверить такое важное дело кому попало. Велик шанс не только распространения информации, но и использования её себе во благо. Всё же вопрос, кому придётся довериться, хотя и не хочется, был весьма важный. Перебрав в голове скудные варианты, Снейп с неудовольствием мог констатировать – снова придётся нервировать свою троюродную тётку. Поэтому, накинув сигнальные и сонные чары на всех, кто оставался в доме Эйвери, Северус вытащил небольшую безделушку из кармана, делая из неё портал. Он подействовал через полминуты, перемещая Снейпа в маленькую, но очень уютную гостиную тётки.

- Ну, и долго ты будешь гипнотизировать эту стену? Я уже вышла из спальни пару минут как, а ты всё не очнёшься. Правильно тебя в школе статуей называли, - раздался над ухом ехидный голос. Лишь выработанный годами самоконтроль не позволил Северусу вздрогнуть от неожиданности.
- Ведьма, - привычно огрызнулся он, поморщившись от внезапного, яркого света в гостиной.
- Это всё, что ты хотел мне сказать в… - насмешливо начала Рэдфорд, но кинув взгляд на часы, возмущённо закончила: - В. Четыре. Часа. Утра! Утра, ты слышишь?!

Теперь уже Северус не сдержал ехидной улыбки, внимательно взглянув на тётку. Высокая, пухлая, темноволосая женщина с зелёными глазами, в которых горело настоящее возмущение. И почему ему так нравилось её злить? Нет, не так. Нравилось ему злить всех, но её почему-то особенно. Северус не знал, сколько времени ей понадобилось, чтобы хотя бы немного привести в порядок свои длинные волосы, надеть любимый тёмно-зелёный, почти чёрный домашний костюм и нацепить серые, мохнатые тапки с длинными ушами, которые как-то Снейп подарил ей на Рождество в очередной попытке поиздеваться. Странно, но именно к этим тапкам Рэдфорд испытывала какую-то странную, пламенную любовь.

- Что, ночью и без тени морока? Не боишься, что кто-нибудь зайдёт и увидит тебя такую… некрасивую? – совершенно невозмутимо спросил Северус, игнорируя откровенное желание на лице Рэдфорд дать ему подзатыльник.
- О, ты невыносим, - простонала она, опускаясь на диван напротив кресла, которое занял Снейп. – Ты же прекрасно знаешь, что кроме тебя, вечно нарушающего мой сон, никто сюда не попадёт, даже если головой о дверь биться будет.
- М-м-м, - протянул он, внимательно осматривая входную дверь и паутину заклинаний на ней, - интересная идея, попрошу кого-нибудь попробовать.
- И тогда ты окажешься первым, на кого она упадёт, где бы ты ни был, - ласково произнесла она, ухмыльнувшись. – Ну, ты же не для этого приплёлся сюда в такую рань? Давай, я уже почти настроена на разговор. Ты всё равно не дашь мне поспать, пока не скажешь, зачем явился.
Она внимательным, пронизывающим взглядом посмотрела на Снейпа, от чего тому явственно захотелось передёрнуть плечами. Он терпеть не мог, когда Рэдфорд так на него смотрит.
- Проблемы? – серьёзно спросила она, глядя на усталое лицо Северуса. – Опять куда-то вляпался?
Кажется, что вот так вот они сидят уже не первый раз. Снейп появляется посреди ночи в её скромном уголке, будит недовольную Рэдфорд, заставляя вылезать из тёплой постели и одеваться к нему на встречу. Потом они препираются, но она никогда не отказывает ему в помощи или совете. Для кого-то их общение покажется разговором врагов или как минимум людей, которые друг друга терпеть не могут, но для них это совершенно нормальный, безобидный стиль общения. И они оба знают, что могут пусть не полностью, но рассчитывать друг на друга.
- Хлеб у Трелони отбираешь? – беззлобно огрызнулся Северус, ещё больше мрачнея. Всё-таки Рэдфорд его слишком хорошо знала, что всегда раздражало. Она чуть ли не единственная позволяла себе разговаривать с грозой Хогвартса в таком тоне. Для неё он так и остался мальчишкой со Слизерина.

Негромко хмыкнув в ответ, она молча приподняла бровь в ожидании рассказа. Северусу же только и оставалось, что не обращать внимания на знакомый жест, который та переняла у него. Или он у неё? Впрочем, их отношения сейчас были совершенно не важны, и, что удивительно, Снейп решил рассказать почти всё, что узнал за последнюю неделю. История получилась небольшой, лаконичной, но в ней было больше домыслов и каких-то догадок на уровне интуиции, чем фактов. Рэдфорд - одна из немногих, кто мог бы оценить правдоподобность подозрений в отношении Дамблдора.

- Итак, как я понимаю, почётную миссию по присмотру за выводком Молли ты хочешь предложить мне? – женщина иронично улыбнулась, но тут же стала серьёзной. – Да, теперь я точно могу сказать, что ты вляпался. Так, ладно. Шутки в сторону. Дело и впрямь серьёзное.
Она задумчивым взглядом скользнула по гостиной, ни на чём конкретно не задерживаясь. Северус знал это состояние – обдумывает имеющуюся информацию по вопросу и начнёт говорить сразу, как только сочтёт нужным. Поэтому Снейп удобнее сел в кресле, ожидая ответа. Главное, не заснуть. Ещё немного времени - и он сможет позволить себе поспать хотя бы пару часов перед предстоящими занятиями. Стоило хотя бы порадоваться тому факту, что впереди были выходные.

- Я не знаток рода Пруэттов, к которому формально принадлежит Молли, да и Уизли для меня тайна, покрытая мраком, но могу сказать одно – она помешана на детях. Ты знаешь, что я в курсе о многом, что творится в школе и вокруг неё. Её дети часто болтали, что опека Молли слишком удушающая. Она умудряется достать их даже в Хогвартсе, поэтому не мудрено, что они остаются в школе даже на рождественских каникулах, но это ты знаешь и без меня, - хмыкнула Рэдфорд, вновь внимательно смотря на Северуса. – Не знаю, что должно было случиться, чтобы она пошла на такое. Я не настолько большой специалист в зельеварении, как ты, но всё же имею кое-какие познания в этой области и склонна с тобой согласиться. Такая доза зелья должна была серьёзно повредить её психику. Учитывая её маниакальную жажду опеки над детьми, то я в полном недоумении, что же такого должно было произойти, чтобы она решилась на то, что полностью противоречит всем её принципам. И ты прав, вопрос с деньгами надо выяснить, но я даже не представляю как. Гоблины ничего тебе не скажут. Единственный вариант - посетить её дом и посмотреть, не изменилось ли что-то в обстановке, одежде и прочих мелочах, которые могли бы выдать пополнение в бюджете Уизли.
- Какая гениальная мысль, - сухо произнёс Снейп, откидываясь на спинку кресла. – Я без тебя никогда бы до такого не додумался. Впрочем, ты права. То, что мне от тебя нужно, – это помощь с близнецами днём.
- И позволь поинтересоваться, зачем мне это? – холодно спросила она, недовольная тем, что её перебили. – У меня что, нет своих дел? И, что самое интересное, зачем тебе самому всё это? Скука? Любопытство? Или… - Рэдфорд чуть прищурилась, с подозрением посмотрев ему в глаза, – взыграл инстинкт несостоявшегося крёстного? Кажется, у Лестрейнджей должны были быть именно близнецы.
- Ты иногда знаешь слишком много, в чём есть и моя вина, - ледяным тоном отозвался Снейп, с силой сжимая подлокотники кресла. – Но я отвечу на твой вопрос, зачем это мне. Достаточно двух вещей, из-за которых я готов разбираться в этой ситуации. Во-первых, угроза смерти, которой желает им собственная мать. Наверняка именно она поила их блокирующими магию зельями. Во-вторых, самое главное, почти факт, что в этом каким-то образом замешан Дамблдор.

запись создана: 08.02.2014 в 18:05

@темы: Мои фанфики, Макси, Джен, "Кровь не вода"

URL
Комментарии
2014-10-11 в 18:02 

sunnysad
Автор а прода будет?

2014-10-20 в 22:31 

YourShadow
sunnysad, будет, обязательно, в течении месяца...

URL
2014-11-04 в 12:39 

Спасибо за главу!!!

URL
2014-11-04 в 12:40 

sunnysad
Спасибо за главу!!!

2014-11-05 в 16:22 

YourShadow
sunnysad, всегда пожалуйста =) надо сюда главы вставить

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Мир только твоей Тени

главная